Выбор

«За все нужно платить - порой неоднократно»

Мезза

Все, чем мы обладаем - настоящая секунда и возможность выбирать. Говоря другим языком, прошлое в прошлом, а настоящее рождается сейчас.
Да, нынешний мир капитала стремится высосать из тебя все силы, да, отовсюду льются потоки скверны и непотребщины, да, да - большинство людей вокруг тебя - жалкие, завистливые карликовые псы, которым до старости быть щенками.
Но у тебя есть настоящее. Ты, надеюсь, не сидишь в тюрьме, не голодаешь, можешь добыть любую информацию - иначе бы не читал все это с лаптопа прямо сейчас. Вдобавок ко всему, ты скорее всего еще очень юн, и это большая удача, ибо громкие слова об изменениях в жизни оставь сорокалетним курильщикам с недавно обнаруженным раком легких - ибо в их жизнь действительно придут изменения. У тебя же есть повод радоваться, ведь все, что нужно тебе - это научиться жить, как подобает человеку, а не оплывшей жиром амебе.

Итак, ты молод, но чего-то не хватает. У тебя нет крутой тачки, квартиры, денег? Что ж, значит придется попотеть. Познай и стань сильным - или умри. Ты уже знаешь, что для того, чтобы быть мертвецом, вовсе не нужно умирать. Смерть наступает тогда, когда вместо борьбы ты выбираешь смирение, а по сути - животное прозябание.
Нет ничего хуже, чем согнуться под тяжестью, казалось бы, непреодолимых обстоятельств и социальных норм. 

Я знаю девушку, выросшую в спальном районе, в обычной семье. Я не видел на ней шикарных платьев, однако в ее черных как ночь глазах всегда светился интеллект. Безо всяких там денег-знакомых она получила пару вышек, сейчас работает в очень серьезной структуре и объездила уже полсвета за счет как раз тех капиталистов, которые тебя угнетают. При этом я даю руку на отсечение, что нет на Земле ни одного человека, с кем бы она разговаривала высокомерно.

И ты знаешь что? Я горд оттого, что знаю, что есть такие, как она, не угнетенные собственным эго, не стоящим и выеденного яйца. Человек сильный и знающий всегда одинок - это суровая цена, которую надо заплатить за то, чтобы воспарить.
Выбор есть. Возжелай свою самую смелую мечту, стань сильным, чтобы бороться за свою цель. Вадим Зеланд обманывает тебя, ведь если бы иметь что-либо было бы так просто, все бы это имели.

Выбор есть. Прошлое прошло, а будущее начинается сейчас, сразу же после твоего «да» или «нет».

__________________________________________________________

автор текста: Александр Шамин

Когда-нибудь

«Я когда-то умру, мы когда-то всегда умираем».

В. Высоцкий.

Когда-нибудь наши города будут освещены так, что мы не увидим звезд. Судорожно всматриваясь в адски светлое ночное небо, мы не сможем разглядеть даже огромной белой луны.  Когда-нибудь наши дети не смогут получить нормального образования, потому что нашему правительству уже не нужны целеустремленные, сильные и умные люди, поэтому мы будем заканчивать учебные заведения, не зная практически ничего. В учебниках по истории государства на последних страницах будет лишь одна строчка: «XXI век – век высоких технологий и отупления». Можно будет не устраивать дебатов о том, кто прав, кто виноват, и не показывать пальцем на тех, кто стоит над нами, потому что виновны, в конце концов, будем мы. Библия учит смирению, и мы станем покорными, как послушный скот, что идет самостоятельной вереницей на скотобойню. Мы перестанем читать книги, потому что уже сейчас проще купить алкоголь, чем найти нормальный сборник рассказов или то, что заставит наш мозг шевелиться в нужном направлении, генерируя идеи и креативные мысли. Закроют все типографии, но продолжат вырубать леса, и книга превратится в раритет, или их вообще будут уничтожать, потому что чтение заставляет нас быть самими собой.

Когда-нибудь «верха» заберут своими ручонками у нас все, что позволяет развиваться нам как личностям и победителям, потому что они единственные, кто хочет выиграть в этой войне. Мы окажемся в тупике. В ошейниках, наручниках и будем идти связанными по улицам городов, как в страшном сне: слепые, немые и глухие. Мы уже становимся таковыми, закрывая глаза на многие вещи, а те, кто не делают подобного, все равно не смогут высказать этого за периметром стен своих маленьких кухонек, потому что ничего не могут.

 Когда-нибудь весь мир погрязнет в медленном расслоении и деградации. Море вони от падали разлагающихся душ окутает весь Земной шар, и что тогда? Только тогда вы распахнете свои наивные глаза и поймете, что все, что нам обещают, все, что меняют в нашей жизни, не идет на благо общества, лишь во имя разрушения. Но будет поздно. Поздно восстанавливать библиотеки, учить детей читать и писать, поздно будет заново учиться чувствовать и верить, потому что налитые кровью глаза, разбросанные трупы сгоревших и убитых судеб не позволят нам строить что-то новое на пепелище XXI века. Не из чего станет выращивать достойных людей, не на чем будет учить их мудрости и доброте, и сейчас становится не на чем.

Кобру можно убить, пока она развивается и растет в яйце, но иногда, спасаясь от взрослой особи, можно быть убитым самому. И нас монотонно убивают, впрыскивая яд, выдаваемый за вакцину. Мы верим, допуская иглы до нашего сознания, но однажды оно помутится и перестанет быть столь ясным. И… что тогда?

Можете растерзать меня, как стая голодных волков, но я никогда не поверю ни единому слову, что выбрасывается на воздух теми, кто желает нам «светлого будущего». И лучше бы я ослепла, чем видела, как люди покорно кивают головами на каждое слово «просветителей», а те, кто не соглашается с ними, грызут железные прутья за тяжелыми засовами и замками.

____________________________________________________________________

автор текста: Ксения Время 

Приключение. Марина ЦВЕТАЕВА

Марина ЦВЕТАЕВА

ПРИКЛЮЧЕНИЕ (ОТРЫВОК ИЗ ПЬЕСЫ)

КАРТИНА ПЕРВАЯ. КАПЛЯ МАСЛА

Стук и голос за дверью

- - - - Позвольте мне взойти!
- - - - Вы заняты? Вы спите?
Вы, может, не одни? - Молчит, как гроб!
Да здравствует пример воров и кошек!

На пороге молодой гусар с ночником
Светло, как в погребе! - Ночник, свети,
Как факел на ветру!

Казанова (во сне)
Жавотта, ты?
Браслеты я купил!

Гусар
Должно быть, бредит.

Казанова (так же)
Но если граф к тебе ещё приедет?
А впрочем - чёрт с тобой!

Гусар
И Бог - со мной!
(рассматривает разбросанные повсюду книги.)
Что мы читаем? - Данте. - Ариост.
"Значенье звёзд". - "Семь спутников скелета".
Был или нет - у Асмодея - хвост?

Казанова (так же)
Тогда Розине подарю браслеты!

Гусар (у письменного стола)
Перо очищено? Весы? Печать?
А писем, писем! Полная корзина!
А, женский башмачок! Хотел бы знать,
Как в башмачке одном дошла?

Казанова (так же)
Розина!

Гусар
Два женских имени за пять
Секунд - и всё чего-то шарит!
Не весело, должно быть, спать
С одною картой полушарий!
(Наклоняет светильник к самому лицу спящего.)
Души и ветрености смесь!
Над скольких Ев невинных - змеем,
Над скольких Ариадн - стою - Тезеем?!
- Ох, масло капнуло! Ох, я пропал!

Казанова (вскакивая в темноте)
Кто здесь?
Ле-Дюк! На помощь! Сбирры! Смерть! Розина!

Суматоха

Гусар (зажигая светильник)
И Бог сказал: Да будет свет!
Ни сбирров, ни Розины нет, -
А просто нашалил светильник,
И перед вами - ваш сосед:
Гусар и бравый собутыльник.

Казанова
Я, кажется, заснул и вижу сон?
Как вы сюда попали?

Гусар
Прямо в двери.
Но если здесь у вас заведено
Не в дверь ходить - могу уйти в окно.

Казанова
Ле-Дюк!

Гусар
Не встанет вам помочь
Ваш Лепорелло. - А причина
Сему: не спит в такую ночь
Слуга такого господина.

Казанова
Вы вор?

Гусар
Немножко.

Казанова
Странно, цепь цела
И перстень цел? Нет, вы не вор, - вы хуже:
Вы чей-то муж! - Нет, хороши для мужа!
Скажите же мне, сударь, что вам нужно?
Какая дурь сюда вас привела?

Гусар (садясь на ручку кресла, доверчиво)
Я странным недугом недужен:
Моя болезнь - бессонные дела.

Казанова
Ну, побеседовали, - баста!
Идите просыпайте хмель!

Гусар (твёрдо)
Скорей в могилу. чем в постель!

Казанова
И на затылок наложите пластырь.

Гусар (певуче)
Ах, не залечит
Ласковый пластырь
Этого сердца,
Сей головы!
Ах, я бессонней самой совы!
Такой же, как вы,
Бессонных дел мастер!

Казанова
Так вы не муж?

Гусар
Не муж.

Казанова
Не вор?

Гусар
Не вор.

Казанова
И вы не кредитор?

Гусар
Едва ли!

Казанова
Не муж, не вор, не кредитор, -
Зачем же вы сюда попали?
По звону шпор и по шнуровке
Гусар, очарованье дам.
Умалишённый - по речам,
И? ангелочек - по головке!

Гусар
И ложь, и правда?

Казанова
Как певуч
Ваш голос молодой? Но всё же -
Зачем вы здесь?

Полоса луны

Гусар
Зачем на ложе
Нисходит этот лунный луч?

Казанова
Кто вы?

Гусар
Я - лунный луч. Вольна
Мне всякая дорога.

Казанова
Кто вы?!

Гусар
Как спутница Земли - Луна,
Я - вечный спутник Казановы.
А для людей - гусар Анри,
Грош, по рукам ещё не стёртый?

Казанова
Но всё ж, дитя, какого чёрта
Сюда явились?

Анри
На пари!

Казанова
Пари?!

Анри (кладя руку ему на плечо)
Казанова, взгляните в окно!
Как в мире безумно от лунного света!
Всё минет, всё канет? Не всё ли равно:
Пари - или нежность. Анри - Генриэтта?

Казанова (прозревая)
Анри? - Генриэтта?
(вскакивает)

Анри
Оставьте! Не тронь!

Казанова (вне себя)
Пари - или нежность?

Анри (смеясь)
Какое бесстыдство!
Ни то, ни другое. В страшнейший огонь
Гусаров и женщин ведёт - любопытство.

Честные сны

Я не представляю себе этот мир без борьбы. Всё это безумство, которое происходит в моих снах, когда президент гладит меня по голове, заставляет просыпаться в холодном поту. Потому что я не ожидал такой реакции на свою деятельность. И вообще, когда-нибудь мне приходится мечтать о службе и долге. И вот я валяюсь в перьевых подушках, в свежайшую августовскую полночь, задумываясь над тем, что является высшей наградой за заслуги. И какие такие заслуги? И почему вообще награды надо заслужить, я же здесь родился – уже заслуга. Но это не совсем так. Три часа ночи. Кипячу воду, заряжаю кружку чаем, пью. Еле дыша работает компьютер. Довольно много средств наше государство тратит на поддержание армии, полиции. Не то что бы меня это прямо сейчас основательно заботило, просто сон странный приснился. После него надо вышибать картинки из головы. Все любят покритиковать всласть. Порой просто так, и иногда без энтузиазма. Я вижу нашу страну такой огромной, вместилищем всех народов и вер. Народы и Веры в нашей стране могут быть счастливы при определенном стечении обстоятельств. Причем первые – от сильной национальной политики, а вторые – от  наличия прекрасных русских мужчин. Мужикам кроме веры ничего не нужно порой. Развели тут дискуссы всякие, ищут идею, а потеряли мораль. Потому как не джинсами и майками она измеряется, не распущенностью (хотя всё чаще я представляю под распущенностью не что иное, как длинные волосы) и даже не способностью добираться на пасху в церковь. Всё самое настоящее закипает в нас и рвётся наружу, когда мы, сами того не замечая, берем в руки Карамзина, запеваем вдруг казачью песню и так гордимся своей непонятной, странной, поломанной, растрепанной, волшебной и восхитительной страной. Когда на спуске в Каспий блестящие лотосовые поля обнимают розовыми лепестками, когда Астраханский кремль чарует своей белоснежностью, а в Волгограде Родина-мать вздымает вверх меч и становится на защиту нас с вами, она – один из наших богов, а мы её дети, это сразу чувствуешь. И охота не задохнуться от душевного крика счастья и радости, когда прям распирает всего. И эти застолья в деревнях, где летом воздух такой маслянистый, раки красные, а девки румяные. Кто собирается уезжать отсюда – мне вас не жаль. Но помните, выбираясь отсюда, вы перестаете жить. Потому что жизнь – это борьба, борьба – это бесконечное развитие, развитие – это жизнь. Великий Ницше говорил: мыслю, значит, существую. А я скажу так: борюсь, значит, живу. Нам так мало предстоит побороть в себе самих, что этот век представляется крайне заманчивым для новых свершений, и одно из главных – побороть терпимость. Мы по какой-то причине терпим в своем государстве вполне себе абсурдные вещи, такие как пьянство, рождение детей-уродов, гомосексуализм, педофилию, коррупцию, убийства, изнасилования, наркоманию и прочие спутники слова «толерантность». Нам по какой-то зловещей причине наказали всех терпеть. А я постоянно думаю над тем, почему так? Почему мы терпим? Разве нормальный человек может терпеть? Усидчивость никто не отменял, я сам сутками кропотливо работаю над своими проектами и получаю удовольствие, ровно как и умиротворение и усталость. И в голове, как восстание, вспыхивает идея. О том, что надо перестать терпеть. И всё изменится. В этот же день. Я прекрасно видел ухмылку на лице сотрудника полиции, когда  на обочине поднимал мужика, у которого отказали ноги. Мне стало так противно от того, что слуга народа плевать хотел на проблемы этого самого народа. Я поднял мужика, довел до остановки, поговорил с ним о болезни, о его жизни, о том, что сломило его дух. И всё бы ничего, если бы не остановившийся китайский автомобиль, из которого вышел пьяный мужик и, клянусь, подошел к нам с одной определенной целью – избить инвалида. Я вступился за человека с обочины. Я прекрасно понимал, куда бить агрессивному пьяному уроду и что лучше бить первым, все эти байки со сдачей оставьте для кассирши в супермаркете. Россиянин на китайском автомобиле не сомневался в моем настрое, вот почему незамедлительно скрылся, а я посадил своего попутчика в автобус, заплатил контроллеру и шел домой. И знаете, что мне хотелось сделать с ними обоими? Оба хороши. Один пьяный, другой заработал болезнь пьянством. А я хочу жить в стране, где каждый человек занят делом. Я хочу, чтобы на мои налоги не содержались убийцы и насильники, я хочу чтобы на мои налоги ГНК отстреливал всех, кто приносит нашим детям наркотики, чтобы медицина и образование были лучшими на всём белом свете, не потому что черному за этим не угнаться, хотя отчасти это так. Я этого желаю всем своим существом. Я хочу, чтобы государство платило каналам за отсутствие рекламы, развращающей представление о ценностях. А самое ненужное из всего, чего я хочу, – это правда. Горькая и такая искренняя. На этом моменте меня подзывает к себе президент России, обращается ко всем собравшимся в георгиевском зале, плачет и гладит по голове. А я оборачиваюсь лицом к зевающей свите и понимаю, что её в наследство я никак не хочу получать. Это же столько судопроизводства и утраченных иллюзий в одном высоком кабинете сразу. Я открываю глаза.

 ______________________________________________________________

автор текста: Вячеслав Суханов

Привет, иконки! - другой рассказ Вячеслава Суханова

Комната пропавших людей

***introduction, белая слюна***

Играет громко... и так печально.

Вечер, кто-то откроет дверь.

Все диалоги спонтанны...

Кто-то свернул стрелки часов?...  незаметно и так долго...

Но все же... куда?

Завтра ты заметишь седину, а сегодня кричи...

Все, все равно...

Слова подобны туману...

Рассвет вонзает луча острый нож...

Пыльно и душно... на плите вчерашний чай...

Из еды три сигареты,

На кармане 10 рублей...

«Здравствуй».

«О, да, все Боги заодно».

«Имен у них нет...

Да и позабыты они все давно...»

Там, где я  не был,

Холодная река хребтами мостов ведет нас в ад...

Сегодня слишком весело...

Их не заткнуть – «Эй, ты, закрой рот свой!»

не мешай мне строить планы...

Если это женщина,

То мой взгляд всегда снизу вверх...

А теперь повернись!

Ты прекрасна...

нечего серьезного... может, совсем чуть-чуть.

Головная боль мне ни к чему,

Аспирин… отторжения теплоты...

Наверное, прости,

короткие гудки...

…..

…..

….

«Вино? Мартини? виски с колой?

Сигарету?»

Две параллельные... мы так похожи...

«Эй ты!! - закрой свой рот!»

не мешай мне говорить!

…ночь, апрель... октябрь, день...

Наверное, прости,

короткие гудки...

…..

…..

…..

…..

«Они там все на одно лицо.

- И не говори».

***

Все, что мне нужно, это поднять глаза...

Миллиарды лет назад!

И какие тогда вопросы?

Лгать... значит говорить...

Я объявляю вне закона белый день!

***between/смотри...***

пусть люди скажут НЕТ...

люди никогда не скажут НЕТ... им это чуждо... это противоречит самой их природе...

прогрессу... на худой конец, религии...

они хотят есть, пить, хорошо выглядеть, ездить на машинах, летать над облаками, им нужны диковинные звери в клетках и спортивное питание... им необходимы порно каналы, им необходимы новости с рвущимся бомбами и оторванными головами младенцев, все эти кишки, испражнения и фонтаны крови, перемешанной со спермой... им нужно намного больше... по эту сторону есть страх и надежда... то и то ложь... но это издержка, до которой никому дела нет...

«Мне сегодня хорошо, я выебал студентку...

она оказалась целкой...

Это такая в наше время редкость

 Мне сегодня хорошо…»

Им нужен Бог как оправдание и прощение за их бесконечные желания... Бог это парень, что раздает бесконечные кредиты доверия... это удобно… это практично... лампа моргает, гремит гром... Бог - это барыга, что банчит в долг...

Смешно? «у меня уже лицо болит от смеха»

Люди никогда не скажут НЕТ...

***

сигарета тлеет в пальцах, я на кухне.

покрытый сажей потолок...

запах кофе... полудрем… любопытный, везде снующий, одноглазый хорек...

**wiet, аллергия**

кишки… каналы связи... «необходимы точные и своевременные новости из зоны облаков»

спортивное питание

им все это необходимо

и им...

звери, что оторваны ими же от религии...

Рвущиеся над головами фонтаны испражнений...

«Хотя я просто хочу пить» - зыбким, стирающимся голосом, словно из пасти безумия...

питание... ослабленными клетками, спермой... хорошее выглядит со стороны...

но если подойти к этому вопросу с научной точки зрения... «Контроль это не пропустит»

«Мой вам совет - все это нужно прививать им с младенчества... А сейчас лично я не ручаюсь за последствия»

Кровь на руках машин... бомбы их надежд...

- Спроси у того парня с проспекта, лицо которого обглодано оспой, - ты не пройдешь мимо - страх противоречит природе...?

….......есть чуждо.......

прогресс... есть их конец...

ложь… это …некогда... но… это... это... это... ей самой...скажут - жирная точка брызжущей слюной.

Попробуй разбери, что скрыто в этом послании... с вероятностью в несколько сотен после запятой процентов это также может быть одно из тех мощнейших заклинаний... «Я не ручаюсь за последствия»

    Кто-то уже для подстраховки выплясывает в холодной, заблеванной ванне под ритмы давно вымерших племен клерков...

Худой появляется верхом на странном призрачном существе... его кожа источает холодное зловоние, что-то из прошлого … враждебные маленькие глазки...

«Когда-нибудь ОНИ скажут НЕТ»

Издержка......................я проваливаюсь во тьму бездны... сон...

***

Бог смеха … прощением банчит...

боль за бесконечные оправдания

Парень! – «желание в долг»

удобно…

практично это...

неоновый гром... табличка с надписью “Господь” доверием моргает ...

**,paints.розовый...**

«кажется, очередной в ударь… так-то...» перекрестись... к сожалению, золотые кобры все же сумели проникнуть в сон...

«Нет несущим скальпели... Нет этому скрипту безвозвратного»

Мне очевидно это... в глазах Цензор... извивается бледно-холодная А.....

Прописные истины...

Ритуал времени... и …. мир сблевывает пересекающимися спектрами непознанного... прозрачности колеса...

наши мысли и помыслы часты

По-иному здесь нельзя... ты должен соответствовать требованиям совета...

гротеск... миражи ненависти... вонзаются в нагие астральные тела... мы кармически слабы, не подготовлены... принимаем удар на себя

«Свистать всех наверх» - Худой сегодня не истеричен, он четок... его глаза источают азарт, поэзию боли и...

Вперед идут самые юные и слабые... нагие, только что вырвавшиеся из утробы... их сминают за считанные секунды... крики, мольба, стоны слышны за миллиарды парсек отсюда.

Следом в бой вступают более опытные шаманы... они подобно разъяренным Paraponera clavata - яростны и безжалостны... одна волна сменяет другую...

Если бы я знал, каких оттенков радуга изнутри... большинство из них сегодня здесь...

«не доверяй цветам, сынок...белый не есть белый внутри... Отсутствие цвета они называют черным... стоит задуматься... сегодня ты все начнешь понимать»

с дивана через подзорную трубу... это моя ставка... я вижу все поле боя... оно словно на ладони...

к утру все закончится... но пока только... ноль...

Музыка, что сроднила нас с ангелом-развратителем... вероятность... подобно ходу пленки...

Вокруг тысячи прокаженных... улицы заполняются скрежетом...

в насилии... в танце... хрусталь похоти...

Момент укола... фаза пространства...

Его сыновья... слетает святой пережеванный крик...

Грани вдоха... сотворение из спермы... ведущий смерть... неровные окончания боли...

Насилие Насекомых... НН... подобно зною... пот святых...

К Лику ничем не защищенного читателя из строк рвется Господь...

Острыми иглами... естественным насилием... первобытным и таким желанным...

Великое безумие чуждо последним... рыком, скрежетом... это есть речь времени...

Я расставляю метки... и выхожу...

**epilog,дорога обратно...**

тусклый фонарь...

снег...... зябко......

мысли?

-безумная мух стая...

и что-то

под кожей дышит… так сладко...

запах тех стен...

запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стен......запах тех стензапах тех стензапах тех стензапах тех стензапах тех стен......

запах тех стензапах тех стен......

застепахтехнстензапахтехзапахтехспахтетензахстен......

 _____________________________________________________________________________________________________

автор текста: Рэй Джонс

Рано или поздно

Это должно было случиться, рано или поздно.

В аэропорту, на улице, дома, в старом номере отеля.

И это случилось.

В моей пыльной, небольшой комнате, среди огромного количества книг, которые спокойно стоят на полках и дожидаются своей очереди прочтения, всегда витает какой-то аромат. Я не могу уловить его, понять, откуда он появляется и куда изредка исчезает, но осознаю, что он Твой. Он впитывается, будто никотиновый дым, в обои, ковер, простыни и подушки, обволакивает мои руки и грудь, будто пищевой пленкой обматывают все тело, и я начинаю задыхаться. Мои ребра-тиски сжимают легкие, и грудь перестает подниматься. Я не бьюсь в отчаянном сопротивлении, конвульсиях и не плачу – я медленно прерываю дыхание Тобой без всяких угрызений совести. Бывает у вас так?

Это тот самый запах любимого или желанного, тот особенный привкус на губах, когда на самом деле вы еще никогда не касались даже кончиками пальцев щек самого нужного человека в вашей жизни. Это медленное сознательное самоубийство. Это отсутствие животного страха и инстинкта самосохранения. Спасения своей шкуры. Это не любовь, скорее эгоистичная потребность присутствия индивидуума рядом. Как бы претенциозно и смешно ни читалось написанное, но я хочу, я желаю этого. Я, я, только я, почувствовать, как кусочки нежности крупицами просачиваются сквозь мою кожу и попадают в кровь, а потом бегут, циркулируя, по всему измученному организму. В эту секунду мое сердце остановится на самом мощном ударе и останется огромным, будто никогда не было раскромсано, разбито, сжато или сожжено и развеяно над Невой. Я не дышу, я не чувствую и, тем более, не хочу чувствовать. Не мечтаю, просто жду. Жду той секунды, когда можно будет встать, ну, скажем, где-нибудь напротив, и не только улыбнуться, не только опустить глаза и уткнуться взглядом в серый асфальт.

Ты принадлежишь к тому типу людей, которые привыкли брать, даже если не отдают, получать, даже если это невозможно в силу определенных причин или обстоятельств. Спустя год ты стоишь в вестибюле Пулково и озираешься по сторонам, будто боишься, что я тебя не встречу, забуду или испугаюсь. Ты поднимаешь солнечные очки на лоб и пытаешься высмотреть меня, хотя сложно не заметить идущую тебе навстречу… меня. С каждым новым шагом, приближающим меня к тебе, сердце начинает биться так, будто какой-то чернокожий отчаянно и страстно выбивает ритм ладонями по натянутой коже на барабане. Я кидаюсь тебе на шею, и очки падают тебе на нос. От неожиданности ты, лишь спустя пять секунд, кладешь руку мне на спину и крепко прижимаешь к себе, будто никогда в жизни меня не отпускал. Смешная, взъерошенная, я вцепляюсь пальцами в твою рубашку и утыкаюсь носом в белую пуговицу. Смешно, но тот самый запах, что в течение целых двенадцати месяцев душил меня, убивал и медленно разлагал все мои внутренности, проникает сквозь  дыхательные пути в легкие, потом сквозь диафрагму и оказывается в пустом желудке. И эти чертовы бабочки, которых я ненавидела, но так ждала, вылупляются из коконов и хаотично начинают летать в замкнутом пространстве. Они щекочут крыльями меня изнутри, и я улыбаюсь. Мне хочется смеяться и плакать, потому что лучше поздно, чем никогда, обнять того, кто для тебя воздух.

__________________________________________________________________

автор текста: Ксения Время 

Последний солдат империи

-Дружище, тебя как зовут?

Паша, продолжая копаться в багажнике машины, поднял взгляд и увидел мужчину в синем спортивном костюме явно китайского пошива. Он, спотыкаясь и пошатываясь, брел к нему. На вид - что-то около 32-35, хотя такие персонажи обычно всегда неопределенного возраста. Сам рахитичный, со светлыми короткими волосами и челкой. В нос тут же ударил запах спирта. Паша непроизвольно сморщился.

Не самый лучший расклад, особенно, если попал в такую глушь, как Елюки. Если бы не пыльный указатель около трассы, Павел никогда бы и не узнал, как называется это «чудное» место. Неоновая вывеска напротив гласила: «Гостиница. Автостоянка. Бар».

-Парень, тут такое дело, - не дожидаясь ответа, начал мужик. - У тебя есть десятка?

Обычно Паша не давал мелочь, но в этот раз почему-то решил поделиться.

- Держи, - и, немного покопавшись в заднем кармане джинсов, положил 10-рублевую монету прямо ему в ладонь.

- Спасибо, братан, - слова у незнакомца выговаривались неотчетливо и звучали глухо, как из деревянной бочки.

В тот момент Паша про себя поносил все на свете, включая то, что ему помешало забронировать двухместный номер в своем трехдневном путешествии за пределы МКАД. Поехал он со своей девушкой Мариной, которая сидела на переднем сидении, дожидаясь, когда Павел найдет в багажнике и разберется-таки с документами в провинциальной гостинице. Сегодня был первый день их поездки, и он, к их обоюдному сожалению, слегка затянулся. Темнеющее небо в стороне над Москвой ничего хорошего не предвещало.

-Братан, а ты служил в армии?

Больше всего в жизни Паша ненавидел панибратство. Это ласковые похлопывания по плечу и «братаны» неизменно вызывали рвотные позывы. Паша промолчал. Марина все так же сидела на переднем и с беспокойством бросала взгляды в боковое зеркало.

-Эй, слышь, я тебя спрашиваю! - незнакомец подошел к Паше почти вплотную. Изо рта воняло, как от раковины с немытой посудой. Доходяга вращал желтыми белками глаз. Сами глаза казались абсолютно стеклянными.

Паша, стараясь не взорваться, как можно четче проговорил:

-Нет, не служил.

-А тебе сколько лет?

-23

-Ну и правильно, нехуй там делать!

Паша очень надеялся хотя бы в этот раз не нарваться на лекцию о том, что «служить должен каждый мужик». Внутренне он уже готовился к заварушке. Страха не было, было вполне оправданное чувство дискомфорта. Что ж, иногда приходится мириться. Марина собиралась выйти, но Павел едва уловимым жестом остановил ее.

-Ты ж еще молодой, тебе жить да жить. С блядьми на машинке кататься, - незнакомец уловил жест и ухмыльнулся даме, сидящей впереди. Марина отвела взгляд.

-Полегче с выражениями, - Паша с трудом сдерживал себя, чтобы в ту же секунду не уложить его на лопатки.

-Да что ты вообще знаешь о жизни?, - как будто разговаривая с самим собой (так часто бывает у людей, не в меру выпивающих), продолжал доходяга.

-Ну, я хотя бы порядочную девушку называю «девушкой», - парировал Паша.

Глаза незнакомца как будто кто-то выключил изнутри.

-Прости, братан. Я сам служил в Чечне. Не ходи в армию, нехуй там делать. Смотри, какие трофеи собрал, - доходяга резко повернулся затылком, и Паша увидел шрамы. Они не были похожи на обычные рассечения. На вид они были чудовищны, как бы уходили вглубь, а по краям - клочки волос.

-Не ходи в армию, братан. Нехуй там делать... - с этими словами незнакомец протянул руку. Паша ее не пожал. Потом человек со шрамами как-то совсем недобро усмехнулся, опустил руку, развернулся и пошел в сторону сельского магазина. Паша нашел нужные документы и открыл правую переднюю дверь автомобиля.

-Зайчик, что он тебе сказал? - глаза Марины округлились.

-Да ничего, милая, мелочь просил. Пойдем регистрироваться.

Регистрация заняла не больше получаса. Ужинать пришлось в баре на первом этаже. Паша и Марина поели. Приняли душ у себя в номере. Легли на кровать и включили телевизор. Работал только Первый. Вечер закончился согласно природе.

Всю ночь под окнами лаяли собаки, и болотная пьянь на пустыре выясняла, кто хозяин в поселке. На недолгий миг перед сном Паша вспомнил желтые белки глаз воина-чеченца. Тут же короткое видение превратилось в свинцовый сон. Павел уснул.

На следующее утро молодые люди сдали ключ на вахту и вышли во двор. Синий mercedes стоял неподалеку от крыльца. Внимание Паши и Марины привлекла кучка людей, столпившихся у грязной лужи на задворках. Они подошли ближе. В ней лежал человек лицом вниз. Паша в ту же секунду узнал этот синий костюм, безобразные шрамы, а Марина ахнула, быстрым шагом побежала к машине и запрыгнула на переднее.

- Паша, поехали отсюда скорее, - девушка была очень напугана. И в глазах, казалось, слезы.

Паша стоял как вкопанный, ничего не понимая. Из-под тела в лужу с грязной водой стекала красная кровь. Нога согнута под каким-то неестественным углом. Солдат ждал блеклых красно-синих огней своего последнего казенного транспорта с проблесковым маяком на крыше.

-Паша, прошу тебя, поехали отсюда! - у Марины, похоже, начиналась истерика – голос срывался на крик.

-Поехали...

Они сели в машину и двинулись на запад. Оба молчали. Солнце поднималось над горизонтом в зеркале заднего вида - начинался обычный день.

 Так умер Последний Безымянный Солдат Империи.

 _________________________________________________________________________

автор текста: Никита Кустов